АБУ АД ДАРДА

Posted on Апрель 13, 2014

0



АБУ АД ДАРДА

Абу ад-Дарда отталкивал от себя всё мирское руками и сердцем.

Абдуррахман ибн Ауф

Уваймир ибн Малик аль-Хазраджи, прозванный в народе Абу ад-Дарда, встал рано поутру и сразу направился к своему идолу, которого он установил в самом почётном месте своего дома. Там он тщательно умастил его самыми лучшими и изысканными благовониями из тех, которые были в его большой лавке. Затем он обрядил идола в новые одежды, изготовленные из лучшего шёлка, которые накануне преподнёс ему в дар один из купцов, прибывший из Йемена.

Когда солнце поднялось, Абу ад-Дарда вышел из дома, направляясь в лавку.

Все улицы и переулки Йасриба были переполнены последователями Мухаммада, которые возвращались после битвы при Бадре. Впереди победителей двигались огромные толпы пленных курайшитов. Увидев их, ад-Дарда устремился к возвращающимся мусульманам и, подойдя к одному юноше из племени Хазрадж, спросил его о судьбе Абдуллы ибн Равахи. Юноша-хазраджит ответил ему:

— Он проявил в битве чудеса героизма и вернулся невредимым с большой добычей.

Юноша, тем самым, успокоил ад-Дарду и нисколько не удивился его вопросу об Абдулле ибн Равахе. Всем людям были известны связывающие их узы братства. Абу ад-Дарда побратался с Абдуллой ибн Равахой ещё в период джахилийи. Когда пришёл Ислам, ибн Раваха принял его, а Абу ад-Дарда отказался от новой религии.

Однако это разногласие не разорвало тесные узы, которые связывали этих двух людей. Абдулла ибн Раваха продолжал регулярно навешать Абу ад-Дарду, увещевал его, призывая принять Ислам, и очень сожалел о каждом дне, прожитом ад-Дардой язычником.

* * *

Абу ад-Дарда пришёл в лавку, расположился на высоком сиденье, и занялся торговлей, подгоняя своих приказчиков…

Он ничего не знал о том, что в это время происходило у него дома… В этот момент Абдулла ибн Раваха шёл к дому своего товарища, твёрдо решив воплотить в жизнь один свой замысел…

Подойдя к дому ад-Дарды, Абдулла увидел, что входная дверь была открыта, а во дворе находилась Умм ад-Дарда (жена Абу ад-Дарды)[1]. Он обратился к ней:

— Мир тебе, о Умм ад-Дарда!

— И тебе мир, о брат Абу ад-Дарды! — ответила она.

— А где Абу ад-Дарда?

— Он ушёл в лавку и должен скоро вернуться.

— Разрешишь войти? — осведомился Абдулла.

— Добро пожаловать, — ответила Умм ад-Дарда и впустила его.

Затем она ушла в свою комнату и занялась там домашними делами и детьми.

* * *

Абдулла ибн Раваха вошёл в комнату, где Абу ад-Дарда установил своего идола, достал молоток, который он принёс с собой, и, наклонившись над идолом, начал разбивать его, приговаривая:

— Истинно, всё, что приобщают к Аллаху, — ложь! Истинно, всё, что приобщают к Аллаху, — ложь…

Разбив на куски идола, он ушёл из дома ад-Дарды.

* * *

Войдя в комнату, где стоял идол, Умм ад-Дарда была ошеломлена, увидев идола, превратившегося в груду осколков, разбросанных на полу… Она начала горестно хлопать себя по щекам, восклицая:

— Ты погубил меня, о ибн Раваха… Ты погубил меня, о ибн Раваха…

* * *

Вскоре Абу ад-Дарда вернулся домой и застал свою жену, сидящей у двери комнаты, где стоял идол. Она с испугом взирала на него.

— В чём дело? — спросила Абу ад-Дарда.

— В твоё отсутствие приходил твой брат Абдулла ибн Раваха, — сказала она, — и вот что натворил с идолом. Можешь сам посмотреть.

Взглянув на идола, Абу ад-Дарда увидел, что он превратился в груду камней. Страшно разгневавшись, он решил отомстить Абдулле. Однако очень скоро он успокоился, и его гнев утих. Поразмыслив над тем, что произошло, он сказал: “Если бы в этом идоле было добро, то он обязательно защитил бы себя и отвёл зло”.

Он тут же направился к Абдулле ибн Равахе, а затем они вместе пошли к Посланнику Аллаха. Там Абу ад-Дарда объявил о своём принятии религии Аллаха. Это был последний язычник в округе, принявший Ислам.

* * *

С самого начала Абу ад-Дарда искренне уверовал в Аллаха и Его Посланника каждой частицей своего тела и души.

Он очень сожалел о том, сколько добра он упустил в прошлом, когда понял, насколько опередили его товарищи в познании религии Аллаха, изучении Книги Аллаха, религиозных обрядов поклонения и обретении праведности во имя приобщения своих душ к Аллаху и собственного спасения.

Абу ад-Дарда решил непрестанным и упорным трудом днём и ночью нагнать все упущенное им из знаний, с тем, чтобы догнать и превзойти своих товарищей.

В своём поклонении он абсолютно отрешился от всего земного, жадно устремившись к знаниям. Абу ад-Дарда упорно читал и изучал Книгу Аллаха, запоминая аяты наизусть и глубоко вдумываясь в их смысл.

Заметив, что коммерция лишает его радости поклонения и мешает ему посещать все образовательные собрания, он без малейшего колебания и сожаления оставил торговлю.

Когда кто-то задал ему вопрос, почему он это сделал, он ответил:

— До моего обета Посланнику Аллаха, я был купцом. Приняв исламскую веру, я хотел одновременно заниматься коммерцией и поклонением, но когда мне это не удалось, я оставил торговлю и полностью посвятил себя поклонению. Клянусь Аллахом, мне хотелось бы сейчас, чтобы у меня была лавка у входа в мечеть. Тогда бы я не пропускал бы общий намаз, а затем занимался бы торговлей, имея ежедневный доход в триста динаров.

Взглянув на задавшего вопрос, он продолжал:

— Я не говорю, что Всевышний и Всемогущий Аллах запрещает торговлю, но мне хотелось бы быть среди тех, кого коммерция не отвлекает от поминания Аллаха.

Абу ад-Дарда не только оставил торговлю, но и отрешился от всего мирского. Ему претили блеск и мишура всего земного. Он довольствовался чёрствым куском хлеба и грубой одеждой, чтобы только прикрыть свою наготу.

Как-то очень холодной ночью к нему зашла группа людей. Угостив их горячей пищей и пригласив переночевать, Абу ад-Дарда не дал им одеял. Укладываясь спать, люди заговорили между собой по этому поводу, и один из них сказал:

— Я пойду к нему и скажу об этом.

Второй сказал ему: “Не делай этого”. Но первый всё-таки решил пойти к Абу ад-Дарде. Подойдя к двери его комнаты, он увидел Абу ад-Дарду лежащим, а его жена сидела рядом с ним. На них обоих была лёгкая одежда, которая не могла защитить от жары или спасти от холода.

Человек сказал Абу ад-Дарде:

— Я вижу, что ты спишь в таких же условиях, как и мы! А где же ваши вещи?

Абу ад-Дарда ответил:

— Наш дом там, и мы сразу же отправляем туда все вещи, как только их приобретаем. Если бы в этом доме у нас что-нибудь было, то мы обязательно отдали бы это вам. На нашем пути, которым мы пойдём к другому дому, есть серьёзное препятствие, которое можно преодолеть только налегке, не быть отягощённым ничем. Поэтому мы не хотим иметь ничего тяжёлого, чтобы успешно преодолеть это препятствие. Ты понял? — спросил он человека.

— Да, понял, — ответил тот. — Да воздаётся тебе добром.

* * *

Халиф аль-Фарук хотел отправить Абу ад-Дарду наместником в аш-Шам, но он отказался. Умар продолжал настаивать, и Абу ад-Дарда сказал:

— Если ты хочешь от меня, чтобы я отправился к ним учить их Книге их Господа и Сунне их Пророка, а также молиться с ними, то я готов.

Эти слова очень обрадовали Умара, и Абу ад-Дарда направился в Дамаск. Прибыв туда, он обнаружил, что многие люди погрязли в роскоши и мирских утехах. Это ужаснуло Абу ад-Дарду, и он призвал людей в мечеть. Когда все собрались, Абу ад-Дарда встал перед ними и сказал:

— О жители Дамаска, вы наши братья по религии и соседи по дому. Вы наш союзники в борьбе с врагами. О жители Дамаска! Что же мешает вам отнестись дружелюбно ко мне и внять моему совету? Мне ничего не нужно от вас. Я даю вам совет, а мои расходы оплачивают другие. Я вижу, как смерть постепенно забирает у вас ваших учёных мужей, а ваши невежественные люди не учатся! Я вижу, как вы охотно принимаете то, что гарантировал вам Всевышний и Всемогущий Аллах, но в то же время игнорируете то, что Он повелел делать вам! Разве я не вижу, что вы накапливаете то, что не в силах проглотить! Вы строите то, где не живёте! Вы надеетесь на то, чего не достигнете! До вас были народы, которые надеялись, а прошло немного времени, и все они обратились в прах… Все их надежды были тщеславием и самообольщением… И дома их стали могилами… Вы помните, о жители Дамаска, что стало с народом ада. Сколько у них было денег и детей! А кто сегодня купит у меня их наследство хотя бы за два дирхема?

Все присутствующие так разрыдались, что их плач был слышен даже за стенами мечети.

* * *

С того дня Абу ад-Дарда начал активно посещать собрания людей в Дамаске и объезжать рынки. Он отвечал на вопросы, учил невежественных, приструнивал отлынивающих, используя любую удобную возможность или подвернувшийся случай.

* * *

Как-то на улице Абу ад-Дарда заметил толпу людей, которая, окружив одного человека, начала с ругательствами избивать его. Подойдя к людям, Абу ад-Дарда осведомился: “В чём дело?”

Люди ответили:

— Этот человек совершил большой грех.

Абу ад-Дарда спросил:

— А если бы этот человек упал в колодец, вытащили бы вы его оттуда?

— Да, конечно, — ответили люди.

— Не ругайте и не бейте его, — сказал им Абу ад-Дарда, — а увещевайте и наставляйте. Воздавайте хвалу Аллаху, который не позволил вам совершить такой же грех.

— Разве ты не ненавидишь его? — спросили люди.

Абу ад-Дарда ответил:

— Мне ненавистно то, что он совершил. А если он прекратит свои греховные действия, то станет моим братом.

Человек, совершивший грех, разрыдался и заявил о своём покаянии.

* * *

Однажды какой-то юноша обратился к Абу ад-Дарде: “Наставь меня, о сподвижник Посланника Аллаха!” Абу ад-Дарда сказал ему:

— О сын мой! Поминай Аллаха в добре, и Он помянет тебя в беде. О, сын мой! Набирайся знаний, учись, больше слушай, что говорят тебе. Старайся не быть невежественным, ибо иначе тебя ждёт гибель. О сын мой! Пусть мечеть станет твоим домом. Я сам лично слышал, как Посланник Аллаха говорил: “Мечети — дом каждого праведного человека”. Всевышний и Всемогущий Аллах обеспечил тем, чьим домом стала мечеть, спокойствие, милость и возможность идти по пути Его благосклонности.

* * *

Как-то группа молодых людей сидела у дороги. Они весело болтали и разглядывали прохожих. Подойдя к ним, Абу ад-Дарда сказал:

— О, дети мои! Дом мусульманина — это его келья, где он усмиряет душу и взор. Не сидите без дела на рынках ради пустого времяпровождения.

* * *

Однажды, когда Абу ад-Дарда был в Дамаске, Муавия ибн Абу Суфьян посватал своего сына Йазида к его дочери. Однако Абу ад-Дарда отказался выдать свою дочь за сына Муавийи и отдал свою дочь за простого юношу-мусульманина, который отличался праведностью и благонравием.

Людям стало это известно, и среди них пошли разговоры о том, что Йазид ибн Муавийа посватался к дочери Абу ад-Дарды, но он отказал ему и выдал свою дочь за простого мусульманина.

Когда Абу ад-Дарду спросили о причине этого, он ответил:

— Тем, что я сделал, я хотел добра для своей дочери.

— Как это? — спросили люди.

Абу ад-Дарда ответил:

— Представьте себе мою дочь в окружении рабов, которые прислуживают ей, а она сама будет находиться в роскошных чертогах. Что же в таком случае станется с ее религией?!

* * *

Когда Абу ад-Дарда находился в аш-Шаме, туда с ознакомительным визитов прибыл вождь правоверных Умар ибн аль-Хаттаб. Вечером он пришёл навестить своего приятеля Абу ад-Дарду в его доме. Толкнув дверь, он заметил, что на ней не было никакого запора. Когда Умар вошёл в абсолютно тёмный дом, Абу ад-Дарда услышал его шаги, поднялся ему навстречу, поприветствовал и усадил рядом с собой. В кромешной тьме, не видя друг друга, друзья начали неторопливую беседу. Ощупав изголовье постели Абу ад-Дарды, Умар обнаружил, что вместо подушки у него была конская попона, матрас набит мелкими камнями, а одеяло было таким тонким, что совершенно не защищало от дамасских холодов.

Умар воскликнул:

— Да смилостивится над тобой Аллах! Разве я тебе не помогал?! Разве я тебе не посылал средства?!

Абу ад-Дарда ответил:

— А помнишь ли ты, о Умар, хадис, который рассказал нам Посланник Аллаха?

— А какой именно? — спросил Умар.

Абу ад-Дарда сказал:

— Разве не он сказал: “Пусть будет у каждого из вас мирских благ столько же, сколько есть поклажи у всадника?”

— Да, он говорил так, — ответил Умар.

— А что мы сделали после него, о Умар?! — воскликнул Абу ад-Дарда.

Умар и Абу ад-Дарда разрыдались. Они плакали до тех пор, пока не наступило утро.

* * *

Находясь в Дамаске, Абу ад-Дарда продолжал увещевать его жителей, читать им и учить их Книге Аллаха и мудрости, пока не пришла ему пора умирать. Когда он смертельно заболел, к нему пришли его соратники и спросили:

— На что ты жалуешься?

— На свои грехи, — ответил Абу ад-Дарда.

— А чего ты хочешь? — спросили его.

— Чтобы мой Владыка простил меня, — ответил он.

Затем он сказал окружающим: “Внушайте мне: “Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — Посланник Аллаха””. Он продолжал повторять это, пока не испустил дух.

* * *

Когда Абу ад-Дарда предстал пред своим Владыкой, Ауф ибн Малик аль-Ашджаи увидел во сне обширную зелёную и тенистую лужайку, на которой стояла большая кожаная палатка, а вокруг паслось огромное стадо овец.

— Кому принадлежит всё это? — спросил он.

— Абдуррахману ибн Ауфу, — было сказано ему.

И Абдуррахман, выйдя из палатки, сказал ему:

— О ибн Малик, это всё Всемогущий Аллах ниспослал нам через посредство Корана. Если бы ты шёл этим путём, то увидел бы то, чего никогда не видел, и услышал бы то, чего никогда не слышал, а также нашёл бы то, о чём даже и не помышлял.

Ибн Малик спросил:

— А для кого всё это, о Абу Мухаммад?

Он ответил:

— Всемогущий Аллах приготовил всё это для Абу ад-Дарды, который отталкивал от себя всё мирское и руками, и сердцем.

[1]​ У арабов принято называть людей по отношению к их первенцу: Абу ад-Дарда – отец ад-Дарды, Умм ад-Дарда – мать ад-Дарды.

Реклама