Рамадан в истории

Posted on 13 июля, 2013

0



Рамадан в истории

Дамир Хайруддин

السلام عليكم ورحمة الله وبركاته
Хвала Аллаху, Господу миров, Который сказал: “О те, которые уверовали! Вам предписан пост, подобно тому, как он был предписан вашим предшественникам, – быть может, вы устрашитесь” (сура “аль-Бакара”, аят 183).

Уважаемые братья и сестры по вере! Наступает священный месяц рамадан, благословенное время, приход которого каждый из нас с нетерпением ждет одиннадцать месяцев. В этой небольшой статье я хотел бы затронуть одну тему, которая, прежде всего, послужит напоминанием мне, а затем и моим единоверцам. Многие мусульмане в наши дни, к сожалению, имеют неверные представления о том, чем следует заниматься постящемуся человеку. Они становятся пассивными, впадая в спячку в прямом и переносном смысле этого слова. Женщины проводят большую часть дневного времени за приготовлением пищи или просмотром телесериалов, а мужчины либо спят, либо находятся в интернете.

Между тем, не таково было времяпровождение наших благочестивых предшественников. Наоборот, рамадан активизировал их созидательную деятельность, ибо духовный подъем и появление свободного времени, которое не нужно было тратить на прием пищи и питья, способствовал тому, что они еще больше трудились на пути Аллаха.

Для того, чтобы подтвердить этот важный вывод конкретными фактами, я приглашаю вас ознакомиться с теми судьбоносными историческими событиями, которые происходили в священный месяц. В течение всего рамадана на нашем сайте будет размещаться материал, посвященный одному событию этого месяца, которое повлияло на дальнейший ход мировой истории. Мы станем свидетелями блестящих побед, которые доблестные герои мусульман – Муса ибн Нусейр, Тарик ибн Зияд, Тариф ибн Малик, Салахуддин аль-Аюби, Сайфуддин Кутуз, Бейбарс, Насир Мухаммад ибн Калавун, Сулейман Кануни и др. – одерживали в месяц рамадан с помощью Всевышнего Аллаха. Таков был дух рамадана у наших благочестивых предков: активное, а не пассивное отношение к окружающему миру — будь то борьба с внутренним или внешним врагом.

Все мы сегодня являемся свидетелями того, что мусульманский мир со всех сторон подвергается агрессии и переживает тяжелые времена. Поэтому герои и гордость исламской уммы, о которых будет рассказано на нашем сайте, не должны стать лишь достоянием прошлого. Подобно тому, как мы желаем, чтобы наш пост не был лишь обычным воздержанием от пищи и питья, мы также должны делать все возможное, чтобы вырастить новое поколение, которое пойдет по стопам пророка, мир ему и благословения Аллаха, и его праведных сподвижников, да будет доволен ими Аллах.

Поэтому, всякий раз прочитав об очередном событии, произошедшем в рамадане, пусть каждый из вас вознесет мольбу за героев наших повествований, которые не жалели свою жизнь ради величия Ислама, а также обратится к Аллаху за нынешних мусульман, ведь, как известно из достоверного хадиса, мольба постящегося не отвергается Аллахом. И пусть каждый из нас задумается: а что мы делаем ради торжества религии Аллаха на земле?!

Рамадан в истории. День 1

السلام عليكم ورحمة الله وبركاته

Начало вторжения в Испанию

В начале рамадана 91 года хиджры (июль 710 года) около сотни мусульманских всадников и четыре сотни пехотинцев под командованием бербера Абу Зара Тарифа ибн Малика, вольноотпущенника наместника Африки Мусы ибн Нусайра, высаживаются на небольшом Зеленом острове в Гибралтарском проливе. Позднее этот участок суши будет переименован в честь выдающегося исламского полководца, который первым ступил на него, и станет называться островом Тариф. Эта экспедиция положила начало великой эпохе — завоеванию Испании.

Краткая предыстория военной экспедиции

В 78 году хиджры (697 год) халиф Абдул-Малик ибн Марван назначает Мусу ибн Нусайра правителем Ифрикии (часть Северной Африки). Новый наместник стал первым самостоятельным наместником Ифрикии, независимым от правителей Египта. После ряда походов 87-90 гг по хиджре (706-709 гг.) ему удалось подчинить власти халифа большую часть берберских племен Ифрикии и Магриба и упрочить власть халифа на завоёванных землях. Несмотря на дипломатичную политику в отношении берберских племен Муса ибн Нусайр активно добивался распространения среди них ислама. В результате его усилий многие берберы приняли ислам и вошли в состав мусульманской армии. Самые талантливые и отважные берберы становились предводителями отрядов мусульман. Среди них были и два выдающихся бербера, которыми до Судного Дня будет гордиться вся исламская умма — Тариф ибн Малик и Тарик ибн Зияд, первые покорители Испании. Их имена не только сохранены в сердцах мусульман, но и увековечены в географических названиях (остров и город Тариф названы в честь Тарифа ибн Малика, а Гибралтарский пролив — в честь Тарика ибн Зияда).

Завершив необходимые приготовления в Магрибе, Муса ибн Нусайр направил халифу аль-Валиду послание, прося позволить ему начать завоевание Андалусии. Ответ халифа содержал следующее: “Пусть страна сначала будет разведана отрядами легкой кавалерии! Надо исследовать её и добыть для тебя сведения о том, что в ней есть! Будь благоразумен и не позволяй мусульманам потеряться в океане опасностей и смут!” На это Муса ответил: “Это не океан, а всего лишь узкий канал, берега которого видны невооруженным глазом”. “Тем не менее – ответил ему аль-Валид – даже если так, пусть страна сначала будет разведана.” Поэтому Муса ибн Нусайр послал своего талантливого полководца Тарифа с четырьмя сотнями пехотинцев и сотней всадников с наказом разведать предполагаемое место высадки мусульманских войск в Андалусии.

Военная экспедиция

Тариф и его маленькая армия погрузились на четыре судна и высадились на острове, расположенном вблизи Андалусии и известного под названием Зеленый остров. На этом острове, который ныне называется остров Тарифа, в память о его высадке, предводитель берберов оставался целый день, пока все его люди не вернулись к нему с разведданными. Затем он двинулся дальше и совершил несколько удачных вылазок на материк. Мусульманам удалось захватить несколько пленников и богатые трофеи, после чего они благополучно возвратились обратно. Увидев исламских воинов в целости и сохранности, Муса ибн Нусайр возблагодарил Аллаха за победу, дарованную Его рабам, а когда доставленные пленники рассказали о плодородии и богатстве своей земли, он еще больше укрепился в своем решении вторгнуться в Испанию. Поэтому он призвал своего освобожденного раба, которому доверял важные посты в армии, и назначил командовать другой экспедицией против Андалусии. Его звали Тарик ибн Зияд. Приготовления заняли целый год, и уже в рамадане 92 года хиджры Тарик ибн Зияд высаживается с семью тысячами воинов на побережье Испании. Примечательно, что спустя еще год (и снова в месяце рамадан!) с основными силами мусульман уже вторгается в Андалусию сам Муса ибн Нусайр.

Наступила великая эпоха завоевания Испании, начало которой было положено в знойный летний день месяца рамадан 91 года хиджры…

 

 

Рамадан в истории. День 2

السلام عليكم ورحمة الله وبركاته

 

Битва при Мардж аль-Саффаре (часть 1)

2 рамадана 702 года хиджры (20 апреля 1303 г.) началась трехдневная битва при Мардж аль-Саффаре (также же известная как битва на равнине Шакхаб) между монгольской армией Газан-хана и мамлюкским войском египетского султана Насира Мухаммада ибн Калавуна. Блестящая победа мусульман в этой знаменитой битве положила конец опустошительным вторжениям монгольских орд в Шам, продолжавшихся шестьдесят лет, и отвела угрозу их вторжения в Египет. Но помимо важнейшей победы мусульман эта битва вошла в историю и по другому поводу. Накануне судьбоносного сражения выдающийся богослов, шейх аль-Ислам Ибн Теймийя, вышедший вместе с войском навстречу врагу, вынес свою знаменитую фетву, в которой он призвал исламских воинов прервать пост рамадана. Впрочем, расскажем обо всем по порядку…

Предыстория

В 1299 году произошло пятое крупное вторжение монгольских орд в Шам, повторявшееся каждое десятилетие, начиная с 1244 года. Напомним, что после разорения монголами Багдада (1258 г.) перестал существовать Аббасидский халифат, что означало конец так называемого Исламского Золотого Века. Падение столицы халифата оказало столь удручающее воздействие на мусульман, что два года спустя монголы без труда захватили Алеппо и Дамаск. Лишь победа мусульман в битве при Айн Джалуте (1260 г.) смогла временно остановить наступление захватчиков, которые затем неоднократно вторгались в Шам, предавая все огню и мечу. Вот и в 1299 году 60-тысячная монгольская армия Газан-хана пересекла Евфрат и захватила Алеппо, а затем соединилась с отрядами армянского царя Хетума II и грузинских князей. Султан Египта встретил армию Газана на северо-востоке от Хомса в местности Вади аль-Хазнадар, где 22 декабря 1299 года произошло генеральное сражение. Войско мусульман, составлявшее ок. 25 тысяч человек, потерпело сокрушительное поражение от 100-тысячного объединенного монголо-христианского войска. Потери мусульман составили почти половину армии, при чем многие из них были убиты лучниками из числа маронитов и друзов. После этого монголы со своими союзниками двинулись на беззащитный Дамаск. В этот критический момент шейх аль-Ислам Ибн Теймийа возглавил делегацию ученых и знати, отправившись на переговоры в ставку Газан-хана в Набаке (рядом с Дамаском). Оговорив условия сдачи города, Ибн Теймийи удалось добиться главного: получить гарантии неприкосновенности жизни мусульман.

В том же году из-за нападения Чагатаидов на Керман и Фарс монгольский хан с основным войском возвратился в Иран, и мамлюки вновь заняли Дамаск. Покончив с Чагатаидами, в 1303 г. Газан-хан решил возвратиться в Сирию, окончательно покорить Шам и подготовить плацдарм для вторжения в Египет. Эту задачу должно было выполнить 80-тысячное монгольское войско под командованием Кутлуга. Как только вести о наступлении монгол достигли жителей Хамы и Алеппо, они бежали вместе со своими правителями в Дамаск. Для защиты города из Египта прибыл отряд под командованием заместителя султана — Бейбарса аль-Джашнакира.

Роль Ибн Теймийи в призыве на джихад против монгол

Ситуация в Дамаске, наполненном беженцами, становилась все более критической: город не мог в одиночку выстоять против монгол. В Дамаске началась паника и жители хотели бежать из него, однако им было строго запрещено покидать город под угрозой смертной казни и конфискации имущества.

Понимая серьезность положения, Бейбарс немедленно отправил послание 18-летнему султану Египта Насиру Мухаммаду Калавуну с просьбой о помощи. Необходимо было убедить главу последнего оплота исламского мира того времени выступить в поход. Для этой миссии жители Шама выбрали шейх аль-Ислама Ибн Теймийу.

Прибыв ко двору султана, шейх вручил тому послание. Однако помня о тяжелом поражении трехлетней давности, Насир Мухаммад колебался. Промедление было смерти подобно, поэтому когда Ибн Теймийя заметил нерешительность султана, он ему сказал свои знаменитые слова: «Если ты повернешься спиной к Шаму, то мы назначим там своего султана, который сможет защитить его жителей и властвовать в мирные дни». Эти слова шейха побудили Насира Мухаммада незамедлительно выступить в поход.

В этот год наступление священного месяца рамадан совпало с пятницей. Все жители Дамаска собрались в соборной мечети и ее окрестностях для проведения молитвы-таравих и обращения к Аллаху с мольбами о помощи. И Всеслышащий Аллах ответил на их мольбу.

В субботу 2 рамадана мамлюкское войско прибыло к Дамаску. Жители города ликовали, а его правители тут же поспешили поприветствовать султана. Но не успели они встретиться, как правителю Египта доставили срочное послание о приближении монгол, которые находились всего лишь в 40 км от города. Султан вместе с другими военачальниками принял решение немедленно двинуться навстречу монголам, не дожидаясь, пока те дойдут до стен Дамаска. Не успев отдохнуть после изнурительного похода, постящиеся воины тут же снова облачились в доспехи. И здесь произошло знаменательное событие. Опасаясь, что в случае соблюдения поста во время битвы исламская армия будет обессилена и не сможет противостоять полчищам монгол, шейх аль-Ислам вынес фетву, которая гласила о необходимости прервать пост. Он сослался в своей фетве на пример из жизни пророка Мухаммада, мир ему и благословения Аллаха, который также приказал своим сподвижникам прервать пост во время похода для освобождения Мекки от язычников в 630 году. Авторитет Ибн Теймийи среди мусульманского войска был чрезвычайно высок, и все они во главе с султаном безоговорочно приняли эту фетву.

В сопровождении чтецов Корана и ученых, воодушевлявших воинов на джихад, султан двинулся в путь. В этот момент аббасидский халиф аль-Мустакфи би-Ллях, находившийся в гуще солдат рядом с султаном, воскликнул: «О борцы за веру! Не обращайте внимание на то, что может произойти с султаном! Сражайтесь за ваших жен и за религию вашего пророка, мир ему и благословения Аллаха!» Здесь следует отметить, что вместе с мамлюками на битву вышли все жители Дамаска, которые могли держать оружие, включая женщин и подростков. На равнине Мардж аль-Саффар должна была состояться решающая битва. Весь исламский мир, затаив дыхание, ждал исхода этого сражения.
(Продолжение завтра, ин шаа-Ллах).

 

 

Рамадан в истории. День 3

السلام عليكم ورحمة الله وبركاته

Битва при Мардж аль-Саффаре (часть 2)

После полудня 2 числа месяца рамадан 702 года хиджры началось решающее сражение. Монголы сразу же атаковали правый фланг мусульман. 10-тысячный отряд монгольской кавалерии во главе с Кутлугом ринулся на египетских мамлюков, которые приняли всю мощь первого удара и понесли тяжелые потери. Примечательно, что на этом же фланге бок о бок с мамлюками сражался и сам Ибн Теймийа. Как позднее рассказывал один из предводителей Шама: «Когда приблизилось сражение и воины заняли свои позиции, шейх Ибн Теймийа сказал мне: “Поставь меня в то место, где каждого ждет неминуемая смерть”. Я указал ему на место, куда как селевой поток рвался авангард вражеских войск: их мечи сверкали над облаком пыли, вздымавшейся из-под копыт резвых скакунов. Затем я сказал: “Вот, мой господин, то место, где каждого ждет неминуемая смерть, что же ты хочешь?” Шейх поднял свой взор к небесам, что-то шептал губами некоторое время, а затем бросился навстречу врагу. Мне показалось, что он попросил Аллаха погубить их, и что ответ на его мольбу придет в тот же час. Завязался жестокий бой, столкнулись две огромные армии, и я потерял шейха из виду…»
Монголы так яростно продолжали атаковать правый фланг мусульман, что многие подумали, что он вот-вот обратится в бегство, и тогда битва будет проиграна. Убив эмиров правого фланга, монголам удалось окружить мамлюков. Увидев, что монгольская кавалерия прорвалась в тыл, женщины и подростки, облаченные в доспехи, не выдержали напряжения и стали убегать с поля боя. Увидев это, эмир левого фланга мусульман Салар воскликнул: «Клянусь Аллахом, погибли мусульмане!» В этот критический момент все участвовавшие в битве воины стали взывать к Аллаху столь громко, что шум их молитв заглушал звуки битвы.

Уверенный в своей победе, Кутлуг решил подняться на близлежащую гору, чтобы получше разглядеть разгром мусульман. Однако каково было его удивление, когда он увидел, что мусульмане не бегут, а, наоборот, обороняются ровными рядами. Левый фланг и центр мусульман смогли не только отразить нападение монгол, но и прийти на помощь своим братьям по вере на правом фланге. Более того, им даже удалось  перейти в контрнаступление, оттеснив основные силы монгол к горе, где находился Кутлуг. К концу дня монголы вместе со своим главнокомандующим бежали с поле боя.

Дадим слово очевидцу событий: «Монголы к вечеру были повержены и отступили к горе, спасаясь от наших мечей. И тут я увидел шейха [Ибн Теймийу] и его братьев, громогласно побуждавших к сражению и предостерегавших от бегства. Я сказал ему: “Господин мой, возрадуйся, мы победили! Посмотри, монголы бегут от нас! Завтра же мы добьем их всех до последнего!” Тогда шейх восхвалил Аллаха, а затем обратился к Нему с мольбой за меня, и, клянусь Аллахом, я чувствую, что благодать от его мольбы пребывает со мной и по сей день».

На следующее утро Кутлуг вернулся на поле битвы, но снова не добился успеха. Натиск мусульман был столь силен, что на исходе дня монголы вновь были вынуждены отступить. При этом многие из них попали в плен. Допросив пленных, мусульмане узнали, что монголы изнурены жаждой, поскольку у них не было доступа к воде. Получив ценные сведения, командование исламской армии решило применить военную хитрость. Когда на рассвете следующего дня монголы стали наступать в сторону реки, мусульмане не стали препятствовать им. Они намеренно заманили изнуренного жаждой врага к воде. Но не успели монголы подойти к ней, как султан тут же приказал всему войску пойти в решающую атаку. Монгольские всадники, поддерживаемые армянскими рыцарями и лучниками, не выдержали и окончательно дрогнули, побежав с поля боя. Лишь немногим из них, включая Кутлуга, удалось спасись бегством.

В эти священные дни месяца рамадан Всевышний Аллах даровал  блестящую победу мусульманам. Султан тут же отправил гонцов с радостной вестью в Дамаск и Каир. Как пишут историки, ликованию мусульман не было предела. Оставшиеся в Дамаске жители украсили город и вышли встречать султана-победителя, плача от радости, взывая к Аллаху с мольбами и благодаря Его. Султан оставался в городе до окончания рамадана, где 1 числа месяца шавваль совершил праздничную молитву.
Спустя два дня он отправился обратно в Каир. Столица Египта также приготовила султану торжественный прием. Со всей страны в город прибыли  тысячи мусульман. В окружении знати и простых воинов 18-летний султан вступил в Каир через Ворота Победы. Вся дорога от Ворот Победы до Цитадели была украшена. По пути султан посетил могилу своего отца, легендарного султана Калавуна, где обратился за него с мольбой к Аллаху. Затем он прошествовал к Цитадели, после чего устроил для народа грандиозное пиршество. Мусульманский мир ликовал, угроза монгольских вторжений в Шам была окончательно снята.

 

Рамадан в истории. День 4

السلام عليكم ورحمة الله وبركاته

Падение Антиохии (1268 г.)

Самым же великим бедствием для наследников крестоносцев было падение Антиохии”. Жозеф-Франсуа Мишо «История крестовых походов»

4 рамадана 666 года хиджры (18 мая 1268 г.) войска египетского султана Бейбарса взяли Антиохию, освободив город от 170-летнего христианского владычества. Значимость этого события заключалась не только в том, что Антиохия была столицей второго из христианских государств, основанных крестоносцами во время 1-го крестового похода на территории Шама и Турции, но и важнейшим религиозным центром христиан на Ближнем Востоке (после Иерусалима). В частности, в 1100 г. крестоносцами здесь был учрежден Антиохийский Патриархат, просуществовавший 168 лет. Падение Антиохии, которая величалась «столицею Востока», стала прологом к окончательному изгнанию наследников крестоносцев из мусульманских земель: в 1287 году они утратили Триполи, а в 1291 году пала многострадальная Акра – последний оплот крестоносцев в Палестине.

Предыстория освобождения Антиохии.

После завоевания Антиохии крестоносцами в 1098 году Боэмунд I Тарентский основал княжество Антиохия. В начале XII века княжество находилось в вассальной зависимости от Византии, а с 1119 года — от Иерусалимского королевства. В состав княжества входила территория, располагавшаяся между средиземноморским побережьем современной Сирии и рекой Евфрат, в начале XII века в его состав входила также Киликия (юго-восточная часть современной Турции) и северо-западная часть Сирии. Основное население княжества составляли православные греки, армяне и поселившиеся в Антиохии крестоносцы, которые были родом из Нормандии и южной Италии

Пытаясь предотвратить потерю своих колоний на Ближнем Востоке, христиане не упускали шанс вступать в союз с различными силами, враждебными мусульманам. В XIII веке у них появился мощный союзник — монголы. В разгоревшемся между Аббасидским халифатом и монголами конфликте Антиохия были на стороне последних, даже заключив с монголами вассальный союз. Более того, женившись в 1254 г. на армянской принцессе Сибилле, князь Антиохии Боэмунд VI привлек на свою сторону и армян.

Однако Боэмунд VI в своих расчетах ошибся. После захвата Багдада в 1258 г. монголами и падения Аббасидского халифата оплотом исламского мира стал Египет, которым правили мамлюкские султаны.

Мамлюки были прекрасными воинами и успешно защищали Египет от внешнего врага. Они не допустили монгол к границам Египта и спасли Каир от участи сирийских городов, подвергшихся разорению войсками Хулагу.

Более того, именно султану Египта Кутузу и эмиру Бейбарсу спустя два года удалось остановить орды хана Хулагу и нанести монголам первое поражение в знаменитой битве при Айн-Джалуте (1260 г.). В результате поражения Хулагу Антиохия, являвшаяся вассалом монгол, попала под угрозу нападения новоизбранного мамлюкского султана — Бейбарса.

Султан аз-Захир Рукн ад-дин Бейбарс I аль-Бундукдари (1260–1277) смог объединить Сирию и Египет. Он создал строгую систему государственного управления, перестроил ряд укреплений, пополнил склады оружия и боеприпасов, создал большой флот, наладил регулярную почтовую связь. Вслед за тем он обратил свою энергию против крестоносцев. Сначала он освободил от них Кесарию (1265), а затем Яффу (1268). Однако главная его цель состояла в разгроме союзника монгол — Антиохийского княжества.

Падение Антиохии

7 марта 1268 г. Бейбарс очистил от крестоносцев Яффу, а затем, после десятидневной осады, он взял замок тамплиеров Бофор. В начале мая египетские войска опустошили окрестности Триполи, после чего направились в Хомс, а затем в Хама. Бейбарс не раскрывал своих истинных планов даже командующим мамлюками. В Хама он разделил армию на три части, дабы крестоносцы не смогли разгадать направление следующего удара. Одну часть армии султан направил к Суваййдии, гавани в устье реки Оронта, дабы отрезать крестоносцам в Антиохии выход к морю. Вторую часть армии он отправил на север, дабы перекрыть проходы между г. Килкия и Шамом и не позволить армянам прийти на помощь крестоносцам. Главные же силы Бейбарс возглавил сам, тотчас отправившись к Антиохии. К началу рамадана 666 года хиджры он уже был под стенами Антиохии, а 1 рамадана начал осаду крепости. Защитники отказались сдать город, уверенные, что им придёт на помощь их князь, Боэмунд VI. Но тот в это время пребывал в Триполи, не зная, что его столица осаждена. План Бейбарса сработал: он смог перехитрить врага, оставв его в неведении относительно своих планов.

Лучше же всего о последующих событиях расскажет …сам Бейбарс. До наших дней сохранилось уникальное письмо, которое египетский султан отправил Боэмунду VI сразу же после взятия Антиохии (привожу с сокращениями).

Письмо Бейбарса графу Триполи Боэмунду

(из исторического труда Ибн Абд аз-Захира)

“Граф, глава христиан, которому теперь придется довольствоваться (простым) титулом графа – да направит его Бог на верный путь, наставляя его следовать добру и вверяя ему сокровище доброго совета – знает уже, как двинулись мы против Триполи и разорили сердце его владычества…

Ты знаешь, как мы после нашего отхода неожиданно оказались перед твоим городом Антиохией, в то время как ты почти не смел и подумать, что мы удалились; но если уж мы удалились, то, без сомнения, мы вернемся туда, где уже когда-то ступала наша нога!

Ну, а теперь известие о происшествиях, дабы осведомить тебя о твоем полнейшем поражении: мы отошли от тебя 24 шабана и с первого дня почитаемого рамадана осаждали Антиохию. Когда мы занимали позиции перед городом, твои войска вышли наружу, дабы померяться с нами в бою; они помогали друг другу, но не смогли победить: среди пленных оказался и коннетабль (высшая военная государственная должность в средневековом Французском королевстве – прим. Д.Х). Он просил разрешения переговорить с твоими мужами, ушел в город и вышел обратно с группой твоих монахов и высших подданных, каковые переговорили с нами. Мы же, однако, видели что они находятся под влиянием твоего совета, злонамеренно стремящимся к смертоносным планам, не объединенных в добре, но единодушных во зле. Увидев бесповоротно обозначенную их судьбу и предопределенную им Богом смерть, мы их отпустили со словами: «Мы осаждаем вас немедленно-это первое и последнее предупреждение, которое мы вам даем». Они возвратились обратно и действовали как ты, в уверенности, что ты придешь им на помощь с твоими всадниками и пехотой. Однако в скором времени маршал впал в отчаяние, ужас овладел монахами, от горя упал без чувств кастеллан и смерть обрушилась на них со всех сторон. Мы взяли город штурмом в четвертом часу в воскресенье, 4 [числа] высокочтимого рамадана и ужаснули всех, кого ты избрал для его [города] защиты и обороны. Среди них не было никого, кто не владел какими-либо богатствами: сегодня же нет никого из нас, кто не владел бы одним из них и из их богатств. Ты должен был видеть твоих рыцарей, простертых под копытами лошадей, твои дома, в которые врывались мародеры и опустошали грабители; твои сокровища, измеряемые двойными центнерами; твоих дам, продаваемых по четверо за раз и покупаемых по цене одного динара твоих собственных денег ! Видел бы ты твои церкви, [с] сорванными крестами, листы выдранные из неверного Евангелия, разрытые могилы патриархов! Видел бы ты твоего врага, мусульманина, топчущего ногами место богослужения, как монахи, священники и диаконы забивались на алтаре; патриархи поражались нежданным несчастьем и королевские принцы уводились в рабство. Видел бы ты, как огонь распространялся по твоим дворцам, [как] горели ваши мертвецы в огне этого мира перед Огнем уже другого [мира], как неузнаваемыми стали твои дворцы, рухнули и [были] разрушены церкви Св. Павла и Кусьян. Если бы ты увидел все это собственными очами, то сказал бы: «Был бы я прахом, дабы никогда не получать письма с подобным известием!»Душа твоя освободилась бы от печали, [и] потушил бы ты пожары там твоими слезами. Если бы ты видел твои резиденции, лишенными всех твоих богатств, твои повозки и корабли, доставленными в Суваййдию, что твои галеры (в руках врагов) стали Твоими ненавистницами, — тогда убедился бы ты, что Бог, давший тебе Антиохию, взял ее обратно, что Господь, давший тебе твои крепости, вырвал их у тебя и стер с лица земли. Ты знаешь теперь – благодарение Богу – крепости Ислама, которые  ты взял, Даркуш, Шакиф, Кафар, Дуббин и все твои владения в области Антиохии, отобраны у тебя; что мы всюду заставили твоих людей спуститься с замков, [и], воспользовавшись [этим] случаем,  рассеяли их повсюду…

Это письмо содержит для тебя хорошую новость, что ты в добром здравии и Бог даровал тебе долгую жизнь, ибо ты в этот момент не обретаешься в Антиохии, но находишься в другом месте. Если [бы] нет, был бы ты сейчас мертв, пленен, изранен или подвергнут дурному обращению. Спасти жизнь — этому радуется живой перед лицом смерти. Кто знает, не оставил ли Бог тебя жить, чтобы ты восполнил то, чего недоставало тебе в  службе и повиновении Ему. Так как никто из выживших не пришел сообщить тебе о происшедшем, осведомляем мы тебя, и поскольку никто не в состоянии принести тебе благую весть, что ты спас свою жизнь при потере всего остального, сделали это мы этим посланием тебе, дабы ты о событии, о том, как оно произошло, имел точные сведения. После этого письма у тебя не будет оснований жаловаться о неверном сообщении тебе [сведений] нашей стороной, и, после отправки этого письма, излишне просить кого-то другого, рассказать тебе [о случившемся]”.

В ответном письме Боэмунд просил о мире, который и был заключён в Триполи, при чём Бейбарс под видом собственного посла въехал в город и разведал оборонительные сооружения. C посольством из Акры, позднее прибывшим к Бейбарсу в Дамаск, также был заключён мир — на десять лет. Тамплиеры, не в силах защищать замок Баграс к северу от Антиохии, срыли его. Таким образом, Северная Сирия была навсегда потеряна для христиан.

Рамадан в истории. День 5

السلام عليكم ورحمة الله وبركاته

Поход на Аморию

 

5 числа месяца рамадан 223 года хиджры (31 июля 838 года) войска аббасидского халифа Мутасима подошли к крупнейшему городу Византии — Амории. Халиф лично возглавил поход на родной город византийского императора Феофила. Эта военная кампания была предпринята в ответ на резню мусульман, учиненную 100-тысячной византийской армией в 837 году после захвата Запетры и других арабских крепостей. Войска халифа Мутасима не смогли вовремя прийти на помощь осажденным единоверцам, поскольку все их силы были заняты борьбой против Бабека — лидера секты маздакитов-хуррамитов, возглавившего восстание огнепоклонников против мусульман. Несмотря на усилия Феофила — союзника Бабека — прийти тому на помощь, аббасидскому военачальнику Афшину удалось вытеснить Бабека и его последователей из гор, пленить безбожника и доставить к халифу. И лишь после окончательного усмирения Бабека халиф Мутасим решил все свои силы направить против византийского императора, чтобы отомстить ему за резню предыдущего года, которая своей жестокостью потрясла жителей халифата.

Предыстория похода на Аморию 

В арабских хрониках рассказывается, что после победы над Бабеком Мутасим спросил: “Какая из византийских крепостей самая неприступная и лучшая?» Ему ответили: “Амория. В ней не бывал никто из мусульман со времени появления ислама; она глаз и основание христианства; у византийцев она почетнее Константинополя». Тогда Мутасим выступил в поход из своей столицы Самарры в начале апреля 838 года с 80-тысячной армией. Во главе авангарда стоял турок Ашнас с Мухаммадом ибн Мус’абой; правым крылом войска командовал турок Итах, левым — Джафар аль Хайят; в центре находился Уджейф ибн Анбаса. Византийский император Феофил также выступил со своими войсками из Константинополя. Получив известия о многочисленности арабских войск, Феофил решил укрепить Аморию и вверить ее защиту опытным полководцам.

Халиф Мутасим, желая вторгнуться в Византию с нескольких сторон, отрядил Афшина Хайдара ибн Кауса с частью войска к городу Серуджу, Ашнаса — к городу Сафсафуа, а сам собирался в это время направиться к Анкире и, взяв ее, уже начать военные действия против Амории. Конный отряд Амра аль-Фергани, который был в составе войске Ашнаса, захватил пленников, от которых были получены сведения, что уже более месяца Феофил ждал перехода мусульман, и как только он получил известие о том, что большое арабское войско вступило в греческие пределы со стороны Серуджи (это было войско Афшина), он выступил на встречу Афшину. Мутасим решил прежде всего оповестить о выступлении византийского императора самого Афшина, однако мусульманские разведчики не успели передать послание, так как Афшин уже слишком углубился в византийские пределы.

Больше месяца мусульмане не имели никаких сведений о судьбе отряда Афшина. И лишь в конце июля Мутасим узнал о том, что с ним произошло после овладения Анкирой. Оказалось, что многие анкирийцы участвовали в битве Феофила с Афшином. Пленники поведали, что мусульмане под командованием Афшина нанесли поражение войскам императора, который отступил в Никею. Вскоре пришло известие от Афшина, в котором сообщалось о том, что он благополучно направляется к эмиру правоверных. И действительно на следующий день победитель Бабека и Феофила соединился у Анкиры с халифом Мутасимом.

Победа Афшина с ее печальными для византийского войска последствиями произвела сильное впечатление на Феофила. Он упал духом. Забыв о своем победоносном походе предыдущего года, император отправил послов к Мутасиму с унизительными объяснениями и обещаниями. Феофил заявлял, что при взятии Запетры подчиненные превысили его приказания; он обещал на свои средства вновь выстроить разоренный город, выдать халифу не только пленных жителей Запетры, но и всех находившихся в то время в плену арабов и даже своих людей, которые по вине патрициев бесчинствовали при взятии города. Мутасим не обратил внимания на просьбы императора, а, посмеявшись над посольством и упрекнув византийцев в трусости, удержал послов у себя до самого взятия Амории, чтобы они стали свидетелями осады.

Халиф двинул свои силы на Аморию. Его войско было разделено на три колонны: в центре находился сам Мутасим; левой колонной предводительствовал Ашнас, правой — Афшин.

В это время Амория переживала самую цветущую пору своего существования. В Византии правила династия, происходившая из Амории. Предыдущий император Михаил II возвел свой родной город в митрополию, которой были подчинены части провинций Пессинунта, Синнады и Антиохии. Кроме того, Амория представляла из себя сильную крепость, на стенах которой возвышались сорок четыре башни .

Через семь дней войско подошло к Амории. Первым пришел Ашнас и расположился в двух милях от города; за ним прибыл Мутасим; а на третий день Афшин. Каждому из мусульманских полководцев была назначена для осады определенная часть города: на одного вождя доставалось от двух до двадцати башен.

(продолжение завтра, иншаа-Ллах)