Аш-Ша‘би (‘Амир ибн Шарахиль ибн ‘Абд ибн Зу-Кибар, да помилует его Аллах),

Posted on Сентябрь 5, 2012

0



Биография Аш-Ша‘би (‘Амир ибн Шарахиль ибн

‘Абд ибн Зу-Кибар, да помилует его Аллах),

хадисы которого во всех сборниках Сунны.

Зу-Кибар — один из королей Йемена, имам,

выдающийся ученый своего времени — Абу ‘Амр

аль-Хамданий, затем аш-Ша‘би. Говорят, что его

звали ‘Амир ибн ‘Абдуллах, а его мать была

пленницей, захваченной в Джалуля[1].

Его рождение.

Он родился во времена ‘Умара ибн аль-Хаттаба,

через шесть лет после начала его правления,

как об этом сказано в одном из риваятов.

Говорят, что он родился в 21-м году хиджры, о

чем сказал Шабаб. Сражение при Джалуля

произошло в семнадцатом году.

Ибн ‘Уейна передал от Сариййи ибн Исма‘иля о

том, что аш-Ша‘би сказал: «Я родился в год

Джалуля». Однако этот риваят является

отвергаемым, так как на ас-Сариййа не

опираются, из-за того что его обвиняли во лжи.

Передают со слов Ахмада ибн Юнуса: «Аш-Ша‘би

родился в двадцать восьмом году». Близким к

этому является риваят Хаджаджа аль-А‘вара,

переданного от Шу‘бы. Он сказал: «Абу Исхак

сказал мне: „Аш-Ша‘би старше меня на год или

два“».

Я (аз-Захаби) говорю: «Абу Исхак родился после

тридцать второго года».

Мухаммад ибн Са‘д сказал: «Он из Химйара и его

считают хамданитом».

Я (аз-Захаби) говорю: «Он видел ‘Али, да будет

доволен им Аллах, и совершал за ним молитву.

Он слышал хадисы от группы старших

сподвижников».

Он передавал хадисы от Са‘да ибн Абу Ваккаса,

Са‘ида ибн Зайда, Абу Мусы аль-Аш‘ари, ‘Ади

ибн Хатима, Усамы ибн Зайда, Абу Мас‘уда

аль-Бадри, Абу Хурайры, Абу Са‘да, ‘Аиши,

Джабира ибн Самуры, Ибн ‘Умара, ‘Имрана ибн

Хусайна, аль-Мугиры ибн Шу‘ба, ‘Абдуллы ибн

‘Амра, Джарира ибн ‘Абдуллах, Ибн ‘Аббаса,

Ка‘ба ибн ‘Уджры, ‘Абду-р-Рахмана ибн Самура,

Самуры ибн Джундаб, ан-Ну‘мана ибн Башира,

аль-Бары ибн ‘Азиба, Зайда ибн Аркама, Бурайды

ибн аль-Хусайба, аль-Хасана ибн ‘Али, Джабира

ибн ‘Абдуллах, Маймуны, Умм Салямы, Асмы бинт

‘Умайс, Фатимы бинт Кайс, Умм Хани, ‘Абдуллы

ибн Абу Ауфа, ‘Абдуллы ибн Зайда аль-Ансари,

‘Абду-р-Рахмана ибн Абзы, ‘Абдуллы ибн

аз-Зубайра, аль-Микдама ибн Ма‘дикариба, ‘Ауфа

ибн Малика аль-Ашджа‘и, Анаса ибн Малика и

других сподвижников.

Также он передавал от ‘Алькамы, аль-Асвада,

аль-Хариса аль-А‘вара, ‘Абду-р-Рахмана ибн Абу

Лейлы, судьи Шурайха и других.

От него передавали хадисы: аль-Хакам, Хаммад,

Абу Исхак, Дауд ибн Абу Хинд, Ибн ‘Аун, ‘Асым

аль-Ахваль, Макхуль аш-Шами, ‘Ата ибн ас-Саиб,

Муджалид, Ибн Абу Лейля, Абу Ханифа, Абу Бакр

аль-Хузали и другие.

Его племя.

Тех из них, которые жили в Куфе, называли

ша‘би. Тех из них, кто проживал в Египте,

называли аль-‘Уш‘уби. Тех, которые проживали в

Йемене, называли али Зи-ша‘байн, а тех,

которые были из аш-Шама, называли аш-Ша‘бани.

Аль-Хаким Абу ‘Абдуллах сказал: «Сыновья ‘Али

ибн Хассан ибн ‘Амр были из числа

родственников ‘Амира аш-Ша‘би, и

присоединились к племени хамдан. Аш-Ша‘би был

маленьким близнецом, и он говорил: „Я был

стесненным во чреве матери“».

(Аль-Хаким Абу ‘Абдуллах) сказал: «Он

поселился в Медине (и оставался там), в

течение восьми месяцев скрываясь от Мухтара.

Там он слышал хадисы от Ибн ‘Умара, научился

математике у аль-Хариса аль-А‘вара. Он был

хафизом и ничего никогда не записывал».

Ибн Са‘д сказал: «Рассказал нам ‘Абдуллах ибн

Мухаммад ибн Мурра аш-Ша‘бани, который сказал:

„Рассказали мне некоторые шейхи из племени

ша‘бан, среди которых Мухаммад ибн Абу Умаййа,

который был ученым, о том, что жителей Йемена

постиг дождь, смывший какое-то место. Там

появилась арка, под которой показалась

каменная дверь. Когда сломали замок (этой

двери) и вошли туда, оказалось, что там был

большой зал, где стояло ложе из золота, на

котором лежал какой-то мужчина. Когда мы

измерили его (рост), он составлял двенадцать

пядей. На нем были джуббы[2], расшитые и

сотканные из золота, а рядом с ним лежал посох

из золота. На голове у него был красный рубин,

а голова и борода этого человека были белыми и

у него были две косички. Рядом с ним лежала

доска, на которой было написано по-химйарски:

„С именем Твоим, о Аллах — Господь Химйара! Я

Хассан ибн ‘Амр — царь, хотя нет царя кроме

Аллаха. Я жил с надеждой и умер, когда

наступил (мой) срок, в дни Вахзухайда. А что

такое Вахзухайд? Там погибли двенадцать тысяч

королей, а я был последним королем из них. И я

пришел к горе Зи Ша‘байн, чтобы она спасла

меня от смерти, и она спасла меня”.

Рядом с ним лежал меч, на котором было

написано: „Я — король, мною совершается

возмездие!“»

Шу‘ба передал со слов Мансура ибн

‘Абду-р-Рахмана о том, что аш-Ша‘би сказал: «Я

застал пятьсот сподвижников Пророка, да

благословит его Аллах и приветствует».

Передают со слов Са‘ида ибн ‘Абдуль-‘Азиза о

том, что Макхуль сказал: «Я не видел никого

более знающего, чем аш-Ша‘би».

Хушайм передал со слов Исма‘иля ибн Салима о

том, что аш-Ша‘би сказал: «У меня не умирал

родственник, на котором был долг без того,

чтобы я не выплатил его за него. И я никогда

не ударил своего раба и не интересовался тем,

чем интересовались люди (из мирского)».

Абу Бакр ибн Аййаш передал, что Абу Хасин

сказал: «„Я никогда не видел никого более

понимающего (в религии), чем аш-Ша‘би“. Я

спросил: „И даже Шурайха? “ И он разгневался и

сказал: „Я не смотрел на дела Шурайха“».

Заида передал, что Муджалид сказал: «Я

находился с Ибрахимом среди учеников

аль-Мулла, когда подошел аш-Ша‘би. Ибрахим

встал навстречу ему и сказал: „О одноглазый,

если бы мои товарищи увидели тебя“. Тогда он

пришел и сел на место Ибрахима».

Сулейман ат-Тайми передал, что Абу Миджляз

сказал: «Я не видел никого, кто был бы более

сведущим в религии, чем аш-Ша‘би, кроме Са‘ида

ибн аль-Мусаййиба — ни Тавуса, ни ‘Ата, ни

аль-Хасана, ни Ибн Сирина, хотя я видел их

всех!»

‘Абдуллах ибн Раджа передал, что Джарир ибн

Аййюб сказал: «(Однажды) некий человек спросил

аш-Ша‘би о ребенке, рожденном в результате

прелюбодеяния: „Он худший из троих?“ И он

ответил: „Если бы это было так, то его мать

побили бы камнями в то время, когда он был еще

в ее чреве, не дожидаясь, пока она родит“».

Ибн Хумайд передал, что Хурр рассказывал ему о

том, что Мугира сказал: «Один человек из числа

кайсанитов[3] сказал при аш-Ша‘би: „‘Аиша была

самой ненавистной женой для Пророка, да

благословит его Аллах и приветствует!“

(Аш-Ша‘би) сказал: „Ты противоречишь Сунне

своего Пророка“».

‘Али ибн аль-Касим передал от Абу Бакра

аль-Хузали: «Ибн Сирин сказал мне:

„Придерживайся аш-Ша‘би! Я видел, как (люди)

обращались к нему за фатвой в то время, когда

еще было (в живых) множество сподвижников“».

Абуль-Хасан аль-Мадаини в своей книге

«аль-Хикма» сказал: «Однажды (люди) спросили у

аш-Ша‘би: „Откуда у тебя все эти знания? “ Он

ответил: „Я отказывался от забот этой жизни,

путешествовал по странам, проявлял терпение,

подобное терпению голубя, и просыпался на заре

с воронами“».

Ибн ‘Уейна сказа: «Учеными у людей считаются

трое: Ибн ‘Аббас в свое время; аш-Ша‘би в свое

и ас-Саури в свое время».

Ибн Са‘д сказал: «Аш-Ша‘би был маленького

роста, хилым и родился со своим

братом-близнецом».

Ахмад ибн ‘Абдуллах аль-‘Иджли сказал:

«Аш-Ша‘би слышал хадисы от сорока восьми

сподвижников Посланника Аллаха, да благословит

его Аллах и приветствует».

(Аль-‘Иджли) сказал: «И он передавал

отосланный хадис только в том случае, если он

был достоверным».

Мансур аль-Гудани передал, что аш-Ша‘би

сказал: «Я застал пятьсот или более

сподвижников, все они говорили: „Абу Бакр,

‘Умар, ‘Усман, ‘Али, Тальха, аз-Зубайр — в

Раю“».

Ибн Фудейль со слов Ибн Шубрумы рассказывал о

том, что он слышал, как аш-Ша‘би говорил: «По

сей день я не записывал черным по белому, и не

рассказывал мне человек хадис без того, чтобы

я его не запоминал, и я не любил, чтобы мне

повторяли его».

Аль-Фасави в своем «Тарихе» (пишет):

«Рассказал нам аль-Хумайди со слов Суфйана,

передавшего от Ибн Шубрумы о том, что он

слышал, как аш-Ша‘би говорил: „В течение

двадцати лет я не слышал человека, который

рассказывал какой-нибудь хадис, чтобы я не

знал его лучше него. И я забыл из знания

столько, что если бы человек знал это, то он

стал бы ученым“».

Вади‘ ар-Расиби передал, что аш-Ша‘би сказал:

«Менее всего я рассказываю стихи, но если бы я

захотел, то мог бы рассказывать их вам, не

повторяясь в течение месяца».

Мухаммад ибн Гайлян передал, что слышал, как

Абу Усама говорил: «В свое время ‘Умар был

главой, сосудом знаний. После него таковым в

свое время был Ибн ‘Аббас, а после него

таковым в свое время был аш-Ша‘би. После него

в свое время таковым был ас-Саури, а после

него — Яхйа ибн Адам».

Шарийк передал, что ‘Абдуль-Малик ибн ‘Умайр

сказал: «(Однажды) Ибн ‘Умар, проходивший мимо

аш-Ша‘би, который рассказывал о военных

походах (Посланника Аллаха), сказал: „Как

будто бы он присутствовал (там) вместе с нами,

и он лучше меня помнит и знает об этом“».

Ибн Сирин сказал: «Когда я прибыл в Куфу, у

аш-Ша‘би был большой кружок (учеников), хотя

на тот день было (в живых) множество

сподвижников».

Ибн ‘Уейна передал, что Дауд ибн Абу Хинд

сказал: «Я не сидел ни с кем, кто был бы более

знающим, чем аш-Ша‘би».

‘Асым ибн Сулейман сказал: «Я не видел никого,

кто знал бы больше о хадисах жителей Куфы,

Басры, Хиджаза и мест, расположенных вокруг

них, чем аш-Ша‘би».

Абу Му‘авия передал, что он слышал, как

аль-А‘маш говорил: «Аш-Ша‘би сказал: „Разве вы

не удивляетесь этому одноглазому, который

приходит ко мне ночью, спрашивает и раздает

фатавы днем?!“, имея в виду Ибрахима».

Абу Шихаб передал, что Сальт ибн Бахран

сказал: «Никто из тех, кто достиг степени

аш-Ша‘би, не говорил так много, как он: „Я не

знаю!“»

Абу ‘Асым передал, что Ибн ‘Аун сказал: «Когда

кто-то приходил к аш-Ша‘би с каким-то

(вопросом), он избегал этого, а Ибрахим

говорил и говорил».

Джа‘фар ибн ‘Аун передал, что Мухаммад ибн

Абду-р-Рахман ибн Абу Лейля сказал: «Ибрахим

был приверженцем кияса (аналогии), а аш-Ша‘би

— асара (преданий)».

Ибн аль-Мубарак передал со слов Ибн ‘Ауна:

«Аш-Ша‘би был (человеком) веселым, а Ибрахим —

грустным. И когда им приходилось выносить

фатву, аш-Ша‘би становился грустным, а Ибрахим

— веселым».

Саляма ибн Кухейль сказал: «Когда аш-Ша‘би и

Ибрахим встречались, Ибрахим всегда молчал».

Абу Ну‘айм передал, что Абуль-Джабия аль-Фарра

рассказывал, что аш-Ша‘би сказал: «Поистине,

мы не являемся учеными-богословами, однако мы

услышали хадис и передаем его. Ученым же

является тот, кто знает и поступает в

соответствии с этим знанием».

Малик ибн Мигваль сказал: «Я слышал, как

аш-Ша‘би говорил: „О если бы я не требовал

знание и ничего не изучал!“»

Я (аз-Захаби) говорю: «Это из-за того, что

довод будет против ученого (в Судный день),

поскольку ему следует поступать в соответствии

с этим (знанием) и пробуждать невежд. Он велит

ему (совершать одобряемое шариатом) и

запрещает (порицаемое), и есть предположение,

что он будет в этом неискренним, возгордится

этим, будет вести споры посредством этого,

чтобы достигнуть главенства (среди людей) и

преходящего мира».

Аль-Хумайди передал со слов Суфйана, что Ибн

Шубрума рассказывал: «(Однажды) у аш-Ша‘би

спросили о чем-то, и он не ответил на это.

Один человек, который находился возле него,

сказал: „Абу ‘Амр говорит об этом то-то и

то-то“. И тогда аш-Ша‘би сказал: „Это еще при

моей жизни, а после моей смерти ты будешь

возводить на меня еще больше лжи!“»

Ибн ‘Аиша сказал: «‘Абдуль-Малик ибн Марван

отправил аш-Ша‘бия посланцем к царю римлян.

Когда он вернулся назад от него,

(‘Абдуль-Малик) сказал: „О аш-Ша‘би, знаешь ли

ты, что написал мне царь римлян?“ Он спросил:

„А что он написал, о повелитель правоверных?“

Он ответил: „Я удивляюсь твоим подданным,

почему же они не ставят во главе себя твоего

посланца?!“ Я (аш-Ша‘би) сказал: „О повелитель

правоверных, это из-за того, что он видел меня

и не видел тебя!“»

В риваяте аль-Асма‘и передается, что он

сказал: «О аш-Ша‘би, он хотел соблазнить меня,

чтобы я убил тебя». И когда это дошло до царя

римлян, он сказал: «Как же он хорош! Клянусь

Аллахом, я только этого и хотел!»

Муджалид рассказывал, что аш-Ша‘би сказал:

«Когда прибыл аль-Хаджадж, он спросил меня о

некоторых вещах из знания и нашел меня знающим

в этом. Он назначил меня старшим среди моего

племени аш-ша‘бий и руководителем всех

хамданитов. Он назначил мне пособие, и я не

переставал находиться у него на хорошем

положении, пока не произошла смута

‘Абду-р-Рахмана ибн аль-Аш‘аса. Ко мне

приехали чтецы (ученые) из числа жителей Куфы

и сказали: „О Абу ‘Амр, ты же являешься вождем

чтецов!“

И они не переставали (уговаривать меня), пока

я не вышел с ними. Я встал между двумя рядами

и начал рассказывать о Хаджадже и порицать

некоторые его дела, и до меня дошло, что он

сказал: „Разве вы не удивляетесь этому

нечестивцу?! Если Аллах даст мне возможность,

я сделаю для него этот мир теснее кожи

верблюда“.

(Аш-Ша‘би) сказал: „Прошло немного времени,

как нас разгромили, и я приехал к себе домой.

Я закрылся у себя и провел так девять месяцев.

Потом он (аль-Хаджадж) призвал людей к походу

на Хурасан, и Кутайба ибн Муслим встал и

сказал: „Я пойду туда!“ (Аль-Хаджадж) назначил

его руководителем (похода) на Хурасан, и его

глашатай воззвал: „Тот, кто присоединится к

войску Кутайбы — в безопасности!“ Тогда мой

вольноотпущенник купил мне осла, подготовил

для меня провизию, после чего я вышел. И я

находился в этом войске и оставался с ним,

пока мы не прибыли в Фергану.

Однажды он[4] сидел задумчивым, а я посмотрел

на него и сказал: „О повелитель, у меня есть

знания о том, чего ты захочешь!“ Он тогда

спросил: „Так кто же ты?“ Я ответил: „Я

предостерегаю тебя от этого вопроса“. Он

понял, что я скрываю, кто я на самом деле,

попросил принести книгу и сказал: „Перепиши

один экземпляр“. Я сказал: „Ты не нуждаешься в

этом!“ И я начал диктовать ему, а он смотрел,

пока не закончилось письмо в котором сообщает

аль-Хаджаджу о завоевании Ферганы“.

(Аш-Ша‘би) сказал: „Он даровал мне мулицу,

прислал мне отрез хорошего шелка, и я был у

него на наилучшем положении. И в один вечер,

когда я сидел с ним за ужином, вдруг прибыл

посланец аль-Хаджаджа с посланием, в котором

было сказано: „Когда ты прочитаешь это мое

письмо, знай, что твой писарь — это ‘Амир

аш-Ша‘би. Если ты его упустишь, я отрублю тебе

руку и ногу и смещу тебя (с должности)!“

(Аш-Ша‘би) сказал: „Он повернулся ко мне и

сказал: „Я до этого времени не узнал тебя, так

отправляйся куда хочешь, и клянусь Аллахом, я

буду клясться перед ним всякими видами клятв!“

Я сказал: „О повелитель, подобный мне не

сможет скрыться!“ Он ответил: „Ты прав!“

(Аш-Ша‘би) сказал: „И он отправил меня к нему

и сказал: „Когда вы достигните оазиса Васит,

завяжите его и заведите к аль-Хаджаджу“.

Когда мы приблизились к Васиту, меня встретил

сын Абу Муслима и сказал: „О Абу ‘Амр, я спасу

тебя от смерти. Поэтому когда ты зайдешь к

повелителю, скажи то-то и то-то“.

Когда меня завели к нему, он увидел меня и

сказал: „Никакого тебе приветствия! Ты прибыл

ко мне, уже ни будучи уважаемым в своем

племени, ни старшим, и сделал то-то и то-то, и

вышел против меня!“

Я в это время молчал и он сказал: „Говори!“

Я тогда сказал: „Да исправит Аллах дела

повелителя, все, что ты говоришь — правда. Но

после тебя мы страдаем бессонницей, пребываем

в страхе, и вместе с этим мы не стали ни

благородными, ни богобоязненными, ни

грешниками с силой. Это то время, когда ты

можешь не проливать мою кровь и принять от

меня покаяние“.

Тогда он сказал: „Я уже сделал это!“»

Аль-Асма‘и сказал: «Когда аш-Ша‘бия завели к

аль-Хаджаджу, он сказал: „Ну что аш-Ша‘би?!“

Он сказал: „Наши дома стали тесными, мы спим в

постели со страхом, и из-за того, что мы

сделали, мы не стали благородными, когда мы

были богобоязненными, ни были сильными, когда

мы были грешниками“».

(Аль-Хаджадж) сказал: „Как ты хорош!“»

Ибн Са‘д сказал: «Наши товарищи говорили:

„Аш-Ша‘би был в числе тех ученых, которые

выступили против аль-Хаджаджа, после чего

скрылся на время и писал письма Язиду ибн Абу

Муслиму, чтобы он поговорил о нем с

аль-Хаджаджем“».

Я (аз-Захаби) говорю: «Ученые, которые

являлись приверженцами Корана и благочестивыми

людьми, выступили в Ираке против аль-Хаджаджа

из-за его несправедливости, откладывания

молитвы на позднее время и объединения её с

другой не в пути. Это была слабая сторона

мазхаба Омеядов, как об этом сообщил Пророк,

да благословит его Аллах и приветствует: „Вами

будут руководить правители, которые умертвят

молитву“.[5]

Против аль-Хаджаджа выступил ‘Абду-р-Рахман

ибн аль-Аш‘ас ибн Кайс аль-Киндий. Он был

знатным, и ему подчинялись люди. Его бабушка

со стороны отца была сестрой Правдивейшего

(Абу Бакра). Вокруг него собрались более ста

тысяч человек, и они сделали для аль-Хаджаджа

мир „тесным“, и он чуть было не лишился своей

власти. Они нанесли ему поражение несколько

раз, и он был на краю гибели, но он был

стойким и неустрашимым, пока не одержал

победу. Войско же аль-Аш‘аса было разбито и с

обеих сторон было убито большое количество

людей. Того из них, кто попадался

аль-Хаджаджу, он убивал, исключая тех, кто

признавал себя неверным. Таких он

оставлял[6]».

‘Иса ибн Ханнат рассказывал, что аш-Ша‘би

говорил: «Эти знания приобретали те, в ком

объединились два качества: разум и набожность.

Если он был разумным, но не был набожным, он

говорил: „Это дело не постигнет никто, кроме

набожного, поэтому я не стану его

приобретать“. Если же он был набожным, но не

был разумным, он говорил: „Это дело не

постигнет никто, кроме разумного, поэтому я не

стану его приобретать“».

Аш-Ша‘би говорил: «И я боюсь, что сегодня это

будет искать тот, у кого нет ни одного из этих

(качеств) — ни разума, ни набожности».

Я (аз-Захаби) говорю: «Думаю, что под разумом

он подразумевал понимание и проницательность».

Муджалид рассказывал, что аш-Ша‘би сказал:

«Исма‘иль ибн Абу Халид буквально проглатывал

знание».

Аль-А‘маш передал от аш-Ша’би лишь небольшое

количество (хадисов)

Хафс передал от аль-А‘маша о том, что аш-Ша‘би

говорил: «Нет ничего плохого в употреблении в

пищу того, что было заколото тростником». Я

спросил аль-А‘маша: «О Абу Мухаммад, что тебе

мешает приходить к аш-Ша‘би?!» Он ответил:

«Горе тебе! Как же я могу приходить к нему,

если, увидев меня, он смеется и говорит:

„Разве ученый так выглядит?! Ты ведь похож на

ткача!“ А когда я приходил к Ибрахиму, он

оказывал мне почет и приближал меня».

Ибн ‘Уейна передал со слов Ибн Шубрумы о том,

что аш-Ша‘би сказал: «С таких-то пор я много

раз сидел с людьми, которые передавали хадисы,

но я был самым знающим из них в этом».

Дауд ибн Язид рассказывал, что он слышал, как

аш-Ша‘би говорил: «Клянусь Аллахом, если бы я

был прав в девяносто девяти случаях и ошибся

бы лишь один раз, то они подсчитали бы эту

одну мою ошибку!»

Закариййя ибн Абу Заида передал, что аш-Ша‘би

сказал: «Мне кажется что знание

(хадисоведение) перемещается в Хурасан».

Абу ‘Амр рассказывал, что аш-Ша‘би сказал:

«Эта умма разделилась на четыре группы:

любящих ‘Али и ненавидящих ‘Усмана; любящих

‘Усмана и ненавидящих ‘Али; любящих их обоих и

ненавидящих их». Я спросил: «К которым из них

ты относишься?» Он ответил: «К ненавидящим

тех, кто ненавидит их (‘Усмана и ‘Али)».

‘Абдуллах ибн Идрис передал, что его дядя

говорил: «Аш-Ша‘би сказал мне: „Я расскажу

тебе о людях так, как будто ты будешь видеть

их! Шурайх был самым знающим из них в

судопроизводстве, а ‘Абида был в этом знании

наравне с Шурайхом. Что касается ‘Алькама, то

он достиг знаний ‘Абдуллы (ибн Мас‘уда), но не

превзошел его. Что же касается Масрука, то он

взял (знания) всех. Ар-Раби‘а ибн Хусайм был

самым знающим из них и самым богобоязненным».

Закариййя ибн Абу Заида сказал: «Когда

аш-Ша‘би проходил мимо Абу Салиха, он брал его

за ухо и говорил: „Как ты смеешь толковать

Коран, если не читаешь его?!“»

Раби’а ибн Язид рассказывал: «(Однажды), во

времена правления ‘Абдуль-Малика, я сидел с

аш-Ша’би в Дамаске. Один человек из числа

сподвижников рассказывал от Посланника Аллаха,

да благословит его Аллах и приветствует, о

том, что он сказал: „Поклоняйтесь вашему

Господу, и не приобщайте к нему ничего.

Выстаивайте молитву, выплачивайте закят и

подчиняйтесь правителям. Если они будут

хорошими, то это лучше для вас, а если они

будут плохими, то это будет против них, а вы

не будете к этому причастны“. Аш-Ша’би сказал:

„Ты солгал!“»

Также его передал аль-Хаким: «Рассказал нам

Ибрахим, рассказал нам Абдуль-Ваххаб, и как

будто бы он хотел сказать этим: „Ты ошибся!“»

Тарик ибн ‘Абду-р-Рахман сказал: «(Однажды),

когда я сидел у двери аш-Ша’би, туда пришел

Джарир ибн Язид ибн Джарир аль-Баджали, для

которого аш-Ша‘би повелел принести подушку. Мы

сказали ему: „Вокруг тебя сидят старики, а

когда пришел этот мальчик, ты повелел принести

для него подушку?“ Он сказал: „Да, поистине,

Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и

приветствует, подал его деду подушку и сказал:

„Когда к вам придет тот, которого уважают в

его народе, отнеситесь к нему с уважением! “»

Муджалид рассказывал: «(Однажды), когда я шел

рядом с Кайсом аль-Аркабом, мы прошли рядом с

аш-Ша‘би, который сказал мне: „Бойся Аллаха, и

он (Каис) не зажжет тебя своим огнем![7]“»

Тогда Кайс сказал: «Послушай, клянусь Аллахом

я же уже был в таком заблуждении! Но я оставил

его только из-за любви к этому миру».

Он сказал: «Я сказал: „Да проклянет тебя

Аллах, если ты солгал!“»

(Кайс) сказал: «Ты знаешь сторонников ‘Али?»

Аш-Ша‘би ответил: «До того, как к нам прибыл

‘Али, я не знал факихов Куфы, кроме товарищей

‘Абдуллы, но товарищей ‘Абдуллы называли

фонарями мечети и светильниками города».

(Кайс) сказал: «Разве ты знаешь сторонников

‘Али?» Он ответил: «Да».

(Кайс) спросил: «Знаешь ли ты аль-Хариса

аль-А‘вара?» Он ответил: «Да, я научился у

него науке о наследстве, но боялся за себя,

что наберусь от него сомнений, и я не знаю,

откуда он их выучил».

(Кайс) спросил: «Знаком ли ты с Ибн Сабуром?»

Он ответил: «Да, он не был факихом, и в нем не

было никакого блага».

(Кайс) спросил: «Знаешь ли ты Са‘са‘а ибн

Сухана?» Он ответил: «Он был проповедником, но

не был факихом».

(Кайс) спросил: «А знаешь ли ты Рушайда

аль-Хаджарий?» Аш-Ша‘би сказал: «Да, когда то,

я стоял с людьми из племени Хаджара, один

мужчина сказал мне: „Хочешь ли ты увидеть

человека из нас, который любит повелителя

правоверных?“ Я ответил: „Да“.

Тогда он завел меня к Рушайду, который сказал:

„Как-то я выехал для совершения хаджа, и когда

я завершил обряды паломничества, я сказал

себе: может быть, мне навестить повелителя

правоверных?! Когда я проезжал мимо Медины, я

пришел к дверям ‘Али, да будет доволен им

Аллах, где я сказал привратнику: „Попроси для

меня разрешения войти к господину мусульман!“

Тот ответил: „Он спит“. Он подумал, что я имею

в виду аль-Хасана.

Я сказал: „Я не имею в виду аль-Хасана, а имею

в виду повелителя правоверных, имама

богобоязненных и полководца находящихся в

авангарде!“ Тот спросил: „А разве он уже не

умер?“, после чего он заплакал. Я сказал: „Но

нет, клянусь Аллахом, поистине, сейчас он

дышит жизнью и отдыхает на толстой постели”.

Тогда тот сказал: „Раз ты знаешь секрет

семейства Мухаммада, так заходи к нему и

поприветствуй его!“ И тогда я зашел к

повелителю правоверных и поприветствовал его,

и он поведал мне о тех вещах, которые

произойдут в будущем“.

Аш-Ша‘би сказал: „Я сказал Рушайду: „Да

проклянет тебя Аллах, если ты лжешь!“ Затем я

вышел, а когда этот рассказ дошел до Зияда, он

отрезал ему язык и распял его“».

Шабаба сказал: «Об этом рассказали мне

несколько человек со слов Муджалида,

передавшего от аш-Ша‘би».

Исма‘иль ибн Абу Халид передал со слов ‘Амира

о том, что ‘Альк ама сказал: «Люди перешли

границы в любви к ‘Али, как это сделали

христиане по отношению к Мессии (‘Исе ибн

Марьям)».

Халид ибн Саляма передал, что аш-Ша‘би

говорил: «Любовь к Абу Бакру и ‘Умару и знание

их превосходства — из Сунны!»

Малик ибн Мигваль рассказывал, что аш-Ша‘би

говорил: «Были дни, из которых я плакал, но

после них я стал оплакивать их».

Муджалид и другие передали о том, что однажды

один глупец встретил аш-Ша‘би, с которым шла

его жена, и сказал: «Кто из вас аш-Ша‘би?»

(аш-Ша‘би) ответил: «Она!»

‘Амир ибн Ясаф рассказывал о том, что аш-Ша‘би

сказал ему: «Уведи нас, чтобы мы удрали от

тех, кто собирает хадисы». И мы вышли. Когда

мимо нас проходил один старик, аш-Ша‘би

спросил у него: «Каким ремеслом ты владеешь?»

Он ответил: «Я починщик». (Аш-Ша‘би) сказал:

«У нас есть сломанный кувшин, сможешь ли ты

починить его для нас?» Он ответил: «Если ты

приготовишь для меня шнур из песка, то я

починю его». И аш-Ша‘би рассмеялся так, что

упал навзничь.

‘Ата ибн Саиб передал о том, что аш-Ша‘би

говорил: «Ни одна умма не начинала

разногласить после (смерти) своего Пророка,

кроме как когда приверженцы заблуждений из их

числа одерживали верх над приверженцами

истины».

‘Абдуль-Вахид ибн Зияд рассказывал о том, что

аль-Хасан ибн ‘Абду-р-Рахман сказал: «Я видел,

как аш-Ша‘би, приветствуя христианина, сказал:

„Ас-саляму алейка ва рахматуллах!/мир тебе и

милость Аллаха/“ Когда у него спросили о

причине этого, он сказал: „Разве он и так не

пребывает под милостью Аллаха, ведь, если бы

это было не так, он бы погиб!“»

Абу Бакр аль-Хузали рассказывал, что аш-Ша‘би

сказал: «Скажите мне, если бы был убит

аль-Ахнаф и вместе с ним младенец, то будет ли

штраф за них одинаковый или аль-Ахнаф будет

иметь превосходство из-за его разума и

кротости?» Я ответил: «Да, он будет

одинаковым». Тогда он сказал: «Тогда сравнение

(аналогия = кияс) ничего не стоит».

Муджалид передал от аш-Ша‘би: «Прекрасная вещь

— толпа (людей). Она может преградить (дорогу)

потоку, погасить огонь и помешать

несправидливым правителям».

И до нас дошло, что аш-Ша‘би говорил: «О если

бы все мое знание, было ни за, ни против

меня!»

Исхак аль-Азрак и передал, что аль-А‘маш

сказал: «(Однажды) к аш-Ша‘би пришел какой-то

человек и спросил: „Как зовут жену Иблиса?“

(Аш-Ша‘би) ответил: „На той свадьбе я не

присутствовал!“»

Ибн ‘Уейна рассказывал, что Ибн Шубрума

сказал: «У аш-Ша‘би спросили про того, кто дал

обет развестись с женой, и он сказал: „(Такой

обет) не имеет силы“. (Ибн Шубрума) сказал: „Я

запретил аш-Ша‘би (говорить подобное), и он

сказал: „Верните ко мне этого человека, и

(сказал ему): „Твой обет висит на твоей шее до

Судного дня“».

‘Иса ибн ‘Абду-р-Рахман ибн Абу Лейля сказал:

«Я видел, как аш-Ша‘би рассказывал стихи в

мечети, и видел на нем красный плащ и изар

желтого цвета».

Ибн Шубрума рассказывал: «Ибн Хубайра назначил

аш-Ша‘бия судьей и возложил на него проводить

с ним вечера, и (аш-Ша‘би) сказал: „Я не

смогу, выбери для меня одно из них“».

‘Асым аль-Ахваль сказал: «Аш-Ша‘би рассказывал

хадисов больше, чем аль-Хасан, и был старше

его на два года».

Аль-Хайсам ибн ‘Ади передал со слов Муджалида

о том, что аш-Ша‘би сказал: «Праведники из

числа первого поколения не любили много

рассказывать хадисы. И если бы я смог вернуть

ушедшее, то я не стал бы рассказывать ничего,

кроме того, в чем были единогласны приверженцы

хадисов».

Я (аз-Захаби) говорю: «Аль-Хайсам — очень

слабый передатчик».

Передается, что аш-Ша‘би сказал: «Дети нашего

времени наделены разумом за счет сокращения их

срока жизни».

Ибн Шубрума со слов аш-Ша‘би рассказывал:

«Когда круг (приобретающих знания)

увеличивается, то это либо спасение, либо

погибель».

‘Аббад ибн Муса передал, что аш-Ша‘би сказал:

«Когда меня связанного привели к аль-Хаджаджу

и я подошел к дверям его дворца, меня встретил

Язид ибн Муслим и сказал: „Поистине, мы

принадлежим Аллаху, о аш-Ша‘би! Как жаль

знания, которые ты в себе хранишь, ведь

сегодня нет заступничества. Признайся перед

правителем в ширке и лицемерии, и возможно,

что ты спасешься“.

Затем меня встретил Мухаммад ибн аль-Хаджадж,

который сказал мне то же, что сказал Язид.

Когда я зашел к нему, он сказал: „И это ты

аш-Ша‘би, из числа тех, которые выступили

против нас и совершили множество (злодеяний)?“

Я сказал: „Да исправит Аллах дела правителя!

Наши дома в печали, наши края иссякли,

сузились дороги, нас одолела бессонница, мы

пребываем в страхе и мы опозорились и не стали

ни благочестивыми, ни богобоязненными, ни

грешниками, у которых есть сила“.

(Аль-Хаджадж) сказал: „Клянусь Аллахом, он

прав! Они не достигли благочестия из-за того,

что выступили против нас, и у них не хватило

сил против нас из-за того, что согрешили“. И

они развязали меня.

(Аш-Ша‘би) сказал: „Ему понадобилось узнать

относительно наследства, и он спросил: „Что ты

скажешь на счет (долей) наследства сестры,

матери и деда? “ Я ответил: „В этом вопросе

разошлись во мнениях пятеро сподвижников

Посланника Аллаха: ‘Усман, Зайд, Ибн Мас‘уд,

‘Али и Ибн ‘Аббас“. Он спросил: „Что же сказал

на счет этого Ибн ‘Аббас, если он является

исследователем? “ Я ответил: „Он приравнял

деда к отцу, матери — третью часть, а сестре —

ничего“.

(Аль-Хаджадж) сказал: „А что сказал по этому

поводу повелитель правоверных? “, имея в виду

‘Усмана. Я ответил: „Он решил, что каждому

полагается треть“. Он спросил: „А что сказал

об этом Зайд? “ Я ответил: „Он разделил это на

девять долей и отдал матери три доли, деду —

четыре доли и сестре — две доли“.

Он спросил: „Что сказал про это Ибн Мас’уд? “

Я ответил: „Он разделил это на шесть долей:

отдал сестре три; матери одну долю и две доли

— отцу“. Он спросил: „Что же сказал об этом

Абу Тураб[8]?“ Я сказал: „Он разделил это на

шесть долей и отдал сестре три; матери — две и

деду — одну долю“.

(Аль-Хаджадж) сказал: „Вели судье, чтобы он

поступил в соответствии с тем, как поступил

правитель правоверных“».

Муджалид передал, что аш-Ша‘би рассказывал: «Я

был свидетелем, как в четверг ‘Али подверг

наказанию бичеванием Шураху и побиванию

камнями в пятницу. И как будто бы им это не

понравилось, и он, подумав, что они порицают

это, сказал: „Я подверг ее наказанию плетьми в

соответствии с Книгой Аллаха и побиванию

камнями в соответствии с Сунной Посланника

Аллаха!“»

Это сообщение приводит группа передатчиков от

аш-Ша‘би, и некоторые из них добавили: «Она

призналась в совершении прелюбодеяния».

Исма‘иль ибн Муджалид, Халифа и другие

сказали: «Аш-Ша‘би скончался в сто четвертом

году». Ибн Муджалид добавил: «Он дожил до

восьмидесяти двух лет». Указываются и другие

даты его смерти, но то, что сказали Исма‘иль

ибн Муджалид и Халифа, более известно.

Ибн ‘Уейна передал со слов Ибн Шубрумы о том,

что аш-Ша‘би говорил: «Поистине, она названа

страстью из-за того, что она приводит своих

приверженцев (в огонь)».

Абу ‘Авана передал от Мугиры о том, что

аш-Ша‘би сказал: «(Сказать) я не знаю —

половина знания».

Ибн Мигваль рассказывал, что аш-Ша‘би сказал:

«То, что эти (люди) рассказывают тебе от

Пророка, да благословит его Аллах и

приветствует, то бери, а то, что они скажут,

основываясь на своем мнении, — выбрось на

помойку».

Передают со слов Исма‘иля ибн Абу Халида о

том, что ‘Амира (аш-Ша‘би) спросили о

человеке, который дал обет отправиться к

Ка‘абе пешком, который прошагал половину

дороги, а потом сел верхом. (Аш-Ша‘би сказал):

«Ибн ‘Аббас сказал: „Если это будет в

следующем году, пусть садится верхом на тот

промежуток, который он прошагал, и прошагает

тот промежуток, который он проехал верхом, и

приносит в жертву животное“».

[1] Город, расположенный в 185 километрах от

Багдада на торговом пути между Ираном и

Ираком.

[2] Джубба — верхняя мужская одежда с широкими

рукавами.

[3] Религиозное течение шиитов.

[4] Имеется в виду Кутайба ибн Муслим. — Прим.

пер.

[5] Этот хадис передали Муслим № 648, Абу Дауд

№ 431 и ат-Тирмизи № 176. — Прим. Ред.

[6] После смуты Ибн аль-Аш‘аса состоялся

консенсус (‘иджма) приверженцев Сунны,

согласно которому нельзя выступать против

правителя мусульманина, даже если он является

тираном и распутником, так как это приведёт к

ещё большей смуте. Это ясно из того, что имамы

назвали подобные выступления смутой, также это

становится очевидным из того, то, что

большенство убитых из тех, кто выступил против

правителя — были имамами религии и

благочестивыми людьми. И благо тем из них, кто

остался жив, и раскаялся, как мы видим здесь

на примере имама аль-Ша‘би.

В дополнение ко многочисленным хадисам,

запрещающим подобные выступления, хотелось бы

привести слова шейху-ль-ислама Ибн Теймии.

Шейху-ль ислам Ибн Теймия, да смилостивится

над ним Аллах, сказал: «Поэтому, если

справедливый разумный человек задумается над

историей ислама, и тем, к каким горестным и

кровопролитным последствиям приводили

выступления против правителей-тиранов, то

понял бы, почему Посланник Аллаха, да

благословит его Аллах и приветствует, запретил

выступать против них и противостоять им. Так

например, Посланник Аллаха, да благословит его

Аллах и приветствует, сказал: «Лучшими из

ваших правителей станут те, которых будете

любить вы и которые будут любить вас, за

которых вы будете обращаться к Аллаху с

мольбами и которые будут обращаться к Аллаху с

мольбами за вас. Худшими же из ваших

правителей станут те, которых будете

ненавидеть вы и кото-рые будут ненавидеть вас,

которых вы будете проклинать и которые будут

проклинать вас» Когда люди спросили его: «О

Посланник Аллаха! А не свергнуть ли нам их

мечом?», он, да благословит его Аллах и

приветствует, ответил: «Нет, до тех пор, пока

они позволяют вам совершать пятикратные

молитвы. И если вы увидите у своих

руководителей то, что вам не нравится, то

порицайте их деяния, но не нарушайте данную им

присягу». Этот хадис приводит Муслим.

Имам ан-Навави, да смилостивится над ним

Аллах, говоря о правовой оценке шариатом

выступления против несправедливого правителя и

правителя-тирана, сказал: «Что же касается

выступления против них и сражения с ними, то

это запретно на основании консенсуса

мусульман, даже если (эти правители) грешники

и тираны» (Комментарий к «Сахих» Муслима, т.

12, стр. 229). — Прим. Ред.

[7] Имел в виду, что он тебя заразит

нововведением.

[8] Абу Тураб — буквально „отец пыли“, то есть

извалявшийся в пыли. Прозвище ‘Али ибн Абу

Талиба.

Сообщается, что Сахль бин Са‘д, да будет

доволен им Аллах, сказал: «(Однажды, когда)

Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и

приветствует, пришёл в дом Фатимы, он не нашёл

там ‘Али и спросил: „А где же сын твоего дяди?

“ (Фатима) ответила: „Мы повздорили, и он

рассердился на меня и ушёл, отказавшись спать

у меня днём”. Тогда Посланник Аллаха, да

благословит его Аллах и приветствует, велел

одному человеку: „Посмотри, где он“. (Через

некоторое время этот человек) вернулся и

сказал: “О Посланник Аллаха, он спит в

мечети“. Тогда Посланник Аллаха, да

благословит его Аллах и приветствует, пришёл

туда (и увидел), что накидка ‘Али упала с его

бока, а сам он лежит, испачкавшись в пыли. И

Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и

приветствует, стал стряхивать с него пыль,

приговаривая: „Вставай, о Абу Тураб, вставай,

о Абу Тураб!“» Этот хадис передал аль-Бухари,

№ 441.

Впоследствии ‘Али, да будет доволен им Аллах,

гордился этим прозвищем и любил, когда его так

называл

Реклама